Пенионжек Е. В.

К вопросу об историческом времени в «Слове о Законе Благодати» Илариона Киевского

Включаясь в культурно-философский контакт с христианским миром, Древняя Русь воспринимает канонические тексты в соответствии со своей «самобытной, но не ведающей рационально-философских форм языческой мудростью» [Сырцова Е.Н. О некоторых особенностях древнерусской философии истории. // Исторические традиции философской культуры народов СССР и современность. Сб. науч. тр.. Киев, 1984. С. 126]. Осмысляя философско-историческую концепцию патристической литературы, русские книжники «выдвигают идею Божественного промысла и необходимость выяснения ее роли в системе представления об истории» [Там же. С. 127]. Способ описания исторических событий не характеризуется мотивацией, причинно-следственной связью, т.к. используется представление о некоторой «высшей», «общей зависимости от Божественной воли» [Лихачев Д.С. Поэтика древнерусской литературы. М., 1979. С. 258 – 259]. Божественное располагается вне исторического. Бог создает историческое время, «временное око человека»; история, ведомая Божественным промыслом, стремится к высшим областям, ориентируясь на начало и конец, на возвращение к Богу с исчезновением временного земного града.

Исторические события Настоящего получают оценку и приобретают значение на фоне прошлого. Настоящее воспринимается как продолжение прошлого, которое, в свою очередь, объясняет настоящее. Представления о времени в Киевской Руси были таковы: «Прошлое находится впереди какого-то причинно-следственного ряда, настоящее и будущее – в конце его, позади» [Там же]. Это так, потому что события будущего в христианском понимании времени известны, будущее как конец истории замыслил Бог. Настоящее известно, т.к. оно наблюдаемо, является окружением. А события прошлого – это объяснение всех случайностей. Прошлое – это начало ряда событий.

Древнерусские летописи не имеют законченного конца, они открыты для нового событийного содержания, они отражают формы устной речи. «Повесть временных лет» ищет смысл не вне истории, он известен, а в истории как таковой. Историческое прошлое русской земли представляется более важным, чем развитие священной истории. «Все прошлое видится одновременным … в силу совершенно одинаковой и принципиальной современности и злободневности» [Сырцова Е.Н. О некоторых особенностях древнерусской философии истории. // Исторические традиции философской культуры народов СССР и современность. Сб. науч. тр. Киев, 1984. С. 129]. Реальность летописи всегда в прошлом. Настоящее-прошлое и прошлое-настоящее создает летописное время, где не затрагивается конец времени – христианское будущее. Летопись сосредоточена на политическом настоящем и славном прошлом в оценке фактических событий, но не вечного грядущего. «Любое «прошедшее» оказывается безысходным «будущим» по отношению к вечной истине надысторического Божественного провидения» [Там же. С. 130]. История – период между вечностью и вечностью. Летописная история тождественна времени.

Вписывая историю своего государства в общемировой масштаб, митрополит Иларион бесконечный ход событий накладывает на вечное распространение благодатного света христианства. В его произведении «Слово о Законе и Благодати» Киев превращается в один из известнейших культурных центров средневековой Европы, где воздвигается храм Софии – «премудрости Божьей». Иларион прославляет не только князя Ярослава, своего современника, но и его предков, чья слава движется в огромных географических пределах.

«Слово о Законе и Благодати» Илариона открывает философско-историческую перспективу, т.к. именно оно в отечественной традиции приобретает значение образца, по которому равняются до XVII века [Горский В.С. Образ истории в «Слове о Законе и Благодати» Илариона. // Человек и история в средневековой философской мысли русского, украинского и белорусского народов. Сб. науч. тр. Киев, 1987. С. 39]. Слово Илариона значимо прежде всего своей постановкой актуальных проблем, сосредоточенностью на настоящем, на современной общественной жизни – что во все последующие времена акцентируют русские книжники. С точки зрения богословской традиции понимание времени в Слове осмысляет место русской церкви в истории Божественного плана спасения. Композиционной особенностью Слова является движение от проблемы всемирной истории к характеристике современной Илариону действительности, т.е. от абстрактной схемы Иларион уходит в настоящее.

Настоящее, по мнению Илариона, является тем самым новым, что пришло на смену прежнему – язычеству. В XI веке Русь действительно достигла значительного подъема во всех областях общественной жизни. У Илариона история объясняется посредством линейного времени как поступательное движение, где новое, вбирая старое, сменяет отжившее. «Грядущее, по Илариону, постигается при помощи памяти, адресующей к пророчествам, сделанным в прошлом и содержащим символически запечатленные предначертания судеб исторического развития» [Там же. С. 42].

История у Илариона получает глубокий смысл из-за ее сочетания с вневременной вечностью, которая, будучи до истории, завершит ход земного бытия. В настоящем всякое событие отражает вечность. Поэтому композиция текста «Слова о Законе и Благодати» строится Иларионом из четырех частей: в первой – вечное излагается как эпизод Ветхого Завета, где представляется понимание Закона и Благодати; во второй – объясняется смысл истории Ветхого Завета в масштабе всемирной истории; затем – говорится о русском народе, повторяющем в своей истории историю человечества; в четвертой – характеризуется и оценивается настоящее, современное Илариону.

Земной историей, согласно Илариону, является Борьба добра и зла, противопоставленных Закона и Благодати. Закон служит оправданием земного бытия, Благодать – для спасения в будущем. Сосуществовать совместно Закон и Благодать не могут. Благодать распространяется Богом, сменяя Закон; Закон – это начало человеческой истории, готовящее к Истине и Благодати. Линия истории продвигается вверх посредством смен Ветхого (Закона) и Нового (Благодати). Новое выше и ценнее старого. Младший Исаак существеннее по отношению к старшему Измаилу, т.к. он является свободным сыном Сарры и Авраама.

Божественное, согласно Илариону, это источник порядка и гармонии в земном мире. Настоящее земного бытия – это поиск будущего пути, поэтому сочетается Настоящее и Будущее. Человеческая история у Илариона осуществляется в пространстве. История движется как распространение по все новым областям христианства, которое подобно росе орошает новые земли, иссушенные язычеством. Таким образом, введение христианства на Русь – своеобразный финал истории мира, поэтому Иларион прославляет настоящее, не стремясь к будущему.

Настоящее Илариона абсолютизируется как определенный участок временного процесса, идеального, автономного, замкнутого – островного времени. Остров Настоящего у Илариона расценивается в качестве реализации идеала, к которому устремлена человеческая история. Русский народ завершает историю, т.к. символически раскрывает ветхозаветные пророчества. Политические события настоящего превозносятся, начиная традицию, противопоставляющую светское мировоззрение и взгляды церковных кругов для создания особой идеологии, отличной от Византийского прообраза: независимую церковно-политическую доктрину, которая обеспечила бы религиозную и государственную самостоятельность.

Обращаясь к земному бытию, Иларион желает вскрыть причину развития истории. История осуществляется как процесс, идущий свыше, но посредством реального, земного, усилиями разумных князей, способствующих овладению народными массами письменным словом для прославления Бога.

В противовес византийской теории Вселенской церкви и Вселенской империи Иларион выдвигает теоретическое учение о всемирной истории равноправных народов как постепенном их приобщении к христианству, что обусловлено силами мистического порядка: Бог дарует усыновление людям, покровительствует им, а значит, и спасает в итоге. Согласно Божественному промыслу Русь принимает крещение и начинает путь к спасению, причащающему к вечным благам. Иларион не утверждает смерть: « … в своеобразной христианской редакции предстает у него привычное языческое понимание вечности жизни. Русская история, которая не имеет начала (оно теряется в родовых генеалогических преданиях, частично сохраненных летописью и устной традицией), не должна иметь бесславного конца» [Мильков В.В. «Слово о Законе и Благодати» Илариона и теория «казней божьих». // Человек и история в средневековой философской мысли русского, украинского и белорусского народов. Сб. науч. тр. Киев, 1987. С. 55]. Иларион видит исключительно Настоящее – как Вечное для него – расцветание своей Родины в качестве исполнения Божественного замысла, который и откроет этот путь в вечности. Весь оптимизм настоящего, таким образом, все же направлен у Илариона в будущее, как и полагается по христианской традиции. В сочинении митрополита Илариона «Слово о Законе и Благодати» основной акцент делается на прославлении настоящего, которое для Илариона является реализацией идеального состояния, осуществляющегося, согласно Божественному плану, в будущем.